Центральноазиатский трек инициативы «Пояс и путь»: возможности и риски
Аннотация
На протяжении более четверти века, с момента обретения независимости, большинство стран Центральной Азии, за исключением Туркменистана, последовательно реализует главный принцип внешней политики – многовекторность. За прошедший период данная стратегия показала свою эффективность и незаменимость. Стремясь удерживать хрупкий баланс между интересами глобальных и региональных держав, Казахстан и другие страны региона и сегодня продолжает политику многовекторности. Однако нужно признать, что данная задача с каждым годом усложняется в виду ужесточения конкуренции между региональными акторами. В этом плане особую роль играет появление и реализация китайской инициативы «Пояс и путь», которая объективно увеличивает зависимость стран региона от Китая.
В статье дается анализ процесса появления и реализации китайской инициативы «Пояс и путь» в Центральной Азии. Авторы подробно расписывают внешнеполитическую стратегию Пекина с появлением инициативы ОПОП с точки зрения ее основных компонентов в Центральной Азии.
Отдельно рассматривается сотрудничество Казахстана и Китая в рамках идеи стыковки Государственной программы инфраструктурного развития «Нұрлы жол» на 2015 - 2019 гг. и ОПОП. С учетом долгосрочности указанного проекта, даются прогнозы взаимодействия государств Центральной Азии с Поднебесной в рамках китайской инициативы.
Также затрагиваются вопросы дальнейшего сосуществования нескольких проектов на евразийском пространстве, в которых участвует Казахстан и другие страны региона. В частности, авторы анализирует роль и место, отведённое китайскими властями России в стратегии ОПОП.Несмотря на официальные заявления властей, а также намечаемые планы по большому счету Китай отводит России несущественное место в своей стратегии. Более того, предложив Москве, указанные проекты строительства дорог Пекин, судя по всему, рассчитывает отвлечь внимание России от собственных планов в Центральной Азии. На этом фоне наблюдается определенная ответная реакция Москвы, что наиболее ярко проявляется в стремлении России вновь продвигать проект «Большого евразийского партнерства».