http://iorj.hse.ru ru-ru Copyright 2025 Tue, 23 Dec 2025 18:42:34 +0300 https://iorj.hse.ru/2025-20-4/1112165510.html Принятые в 2015 г. Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года и Парижское климатическое соглашение определили новые глобальные стратегии развития человечества. Турбулентная обстановка в мире и усиление процессов деглобализации тормозят достижение целей устойчивого развития (ЦУР) и требуют критического анализа задач и индикаторов, в частности в рамках институциональных ЦУР 16 и 17. Для России переход к устойчивому и низкоуглеродному развитию является актуальным, о чем свидетельствует принятие ряда правовых актов и иных документов. Однако кризис 2022 г. внёс изменения в направления сотрудничества страны, в том числе в рамках реализации национальных стратегий, и способствовал углублению взаимосвязей со странами БРИКС. В этом контексте представляется важным проведение сравнительной оценки достижения институциональных ЦУР странами БРИКС, что в дальнейшем может помочь корректнее настроить механизмы взаимодействия и  способствовать лучшей координации стран БРИКС в реализации своего институционального потенциала в мире. В настоящем исследовании используется системный подход к разработке индикаторов устойчивого развития с привлечением специальных показателей на основе ЦУР, а также интегральный подход к индикаторам. Целью статьи является оценка прогресса в достижении институциональных ЦУР 16 и 17 странами БРИКС и Россией на основе идентификации адекватных индикаторов. Впервые проведена количественная оценка выполнения этих ЦУР Россией на основе российских статистических данных с учетом методических подходов ООН и Д. Сакса с соавторами. Выделены сильные и дискуссионные аспекты использованных методик. Авторы также провели углублённую сравнительную оценку институционального прогресса по странам БРИКС, расширив ее структуру с помощью индикаторов из методики Сакса. Наконец, рассчитывается средний уровень достижения странами БРИКС институциональных целей в качестве интегрального индикатора.Результаты оценки показали умеренный и незначительный прогресс соответственно по достижению Россией ЦУР 16 и 17, что отражает влияние санкций и в целом нестабильную ситуацию в мире. Сравнительная оценка прогресса в выполнении ЦУР 16 и 17 странами БРИКС по методикам ООН и Сакса показала сопоставимые, хотя и несколько отличающиеся результаты. В целом, Бразилия, Индия, Россия и Китай находятся примерно на одном уровне достижения институциональных ЦУР, меньше всего баллов у ЮАР. Статья поступила 09.12.2024Исследование выполнено в рамках государственного задания МГУ имени М.В. Ломоносова (тема № 122041800064–6 «Эколого-экономические проблемы рационального природопользования и охраны окружающей среды России»)   https://iorj.hse.ru/2025-20-4/1112383458.html Статья посвящена феномену linguafranca в многосторонней дипломатии с акцентом на инструменты сохранения за отдельными языками этого статуса и/или получения его ими в международных организациях системы ООН. В исторической ретроспективе роль отдельного идиома как языка международного общения оставалась нестабильной, а выбор языка конкретного акта дипломатического взаимодействия отличался ситуативностью. Появление международных организаций и закрепление списка официальных и/или рабочих языков в их уставных документах привело к институционализации linguafranca в дипломатической практике.На основе документов административно-бюджетного характера, в первую очередь — докладов Консультативного комитета по административно-бюджетным вопросам и профильным резолюциям Пятого комитета Генеральной Ассамблеи ООН выделяются ключевые проблемные узлы поддержания многоязычия в системе всемирной Организации, включая их финансовое и кадровое измерения. Научное исследование статуса языка как средства дипломатической коммуникации требует эмпирического анализа действующих рабочих и официальных идиомов в ООН и сравнительного изучения стратегий тех языков, которые пока лишь стремятся изменить свое положение внутри организации.В рамках данного исследования делается попытка сквозь призму системно-структурной школы изучения международных отношений провести анализ статусного аспекта дипломатических linguafranca современности в органах, программах, фондах и спецучреждениях ООН. Особое внимание уделяется финансированию отдельных языковых секций, характеру изменений выделяемых им бюджетных ассигнований и штатного расписания как отражению реального «влияния» конкретного языка в системе всемирной Организации в рамках регулярного бюджета ООН и добровольных целевых взносов заинтересованных стран-членов. Демонстрируется, что внебюджетные инструменты не способны радикально изменить статус языка в организации.Анализ феномена lingua franca и институционализации статуса отдельных языков как инструментов дипломатической коммуникации представляется важным для сохранения и дальнейшего расширения влияния русского языка в мире, а также обеспечения справедливой географической представленности и равного участия отечественных экспертов в деятельности ООН без какой-либо дискриминации по языковому принципу.Статья поступила 12.02.2025 https://iorj.hse.ru/2025-20-4/1112735803.html С начала 1960-х годов международные миротворческие операции, осуществляемые по мандату ООН, считаются одним из основных инструментов управления международными конфликтами. Миротворчество представлено как многомерный, многосторонний и многоуровневый механизм, который, развиваясь, в настоящее время должен обеспечивать не только фундаментальную физическую защиту гражданского населения в зонах конфликта, но и элементы миростроительства и государственного строительства, включая примирительные и реформаторские мероприятия. Однако миротворчество часто искажается геополитическими спорами, которые отодвигают его современную цель поддержки примирения к более традиционным формам. Это позволяет сформулировать то, что, как представлено в первой части работы, можно назвать реалистичными ожиданиями от миротворчества, которые, вопреки официально провозглашенным целям операций, зачастую не идут дальше негативных форм мира. Во втором разделе концепция реалистичных ожиданий от миротворчества рассматривается более подробно: указывается, что геополитика, стоящая за миротворчеством, расширяет разрыв между обещанными и фактическими результатами мира, предполагая, что миротворчество скорее используется для создания и поддержания контроля над местными акторами, которые наиболее лояльны, пренебрегая остальными. Вторая часть также показывает, как сенсибилизация и стигматизация могут повлиять на наделение ответственностью местных акторов и то, как они вписываются в рамки миротворчества. Заключение обобщает основные аргументы статьи, предлагая конкретный набор рекоммендаций для современной миротворческой практики на основе обсуждаемых точек зрения.Статья поступила 26.09.2024 https://iorj.hse.ru/2025-20-4/1112737120.html Организации Объединенных Наций по стабилизации в Демократической Республике Конго (МООНСДРК). Цель статьи - определить влияние эволюции Организации Объединенных Наций на миротворческие усилия в ДРК.  В ней показано, как мандат помог укрепить миротворческие усилия в ДРК, и установлено, почему БСВ не удалось нейтрализовать M23 после ее возрождения.  В статье утверждается, что эволюция миротворческих операций в Африке, в частности, бригады силового вмешательства (БСВ), подчеркивает меняющийся характер миротворческих усилий на континенте. Создание БСВ в 2013 году в составе МООНСДРК представляет собой сдвиг в сторону более надежных и проактивных миротворческих стратегий. Авторы обнаружили, что, хотя эволюция миротворчества в ДРК рассматривается как положительный сдвиг на пути к достижению позитивного мира, она не лишена проблем. Нехватка ресурсов и постоянное вмешательство иностранных игроков в африканскую политику всегда будут ставить под сомнение принцип “африканского решения африканских проблем”. Утверждается, что некоторые из проблем, с которыми сталкивается ДРК, не африканские, а в значительной степени иностранные или западные из-за ненасытного стремления Запада к африканским ресурсам. Целостный подход к решению проблем ДРК или любых других вооруженных африканских конфликтов должен включать в себя членов «пятерки» Совета Безопасности ООН, поскольку некоторые из них должны быть привлечены к ответственности за свои двойные стандарты.  На основе междисциплинарного, исторического и структурно-функционального подхода, метода интервью с экспертами АС, дипломатами в ДРК и бывшими сотрудниками МООНСДРК, а также критического анализа вторичных источников и статистических данных ООН, АС, ТНК, в данном исследовании рассмотрена эволюция миротворчества в Африке, с особым акцентом на МООНСДРК и ее бригаде силового вмешательстваСтатья поступила 29.11.2024 https://iorj.hse.ru/2025-20-4/1113078746.html Целью данной работы является оценка влияния экономических санкций на социально-экономическое развитие России. Метод регрессионного контроля на основе Лассо используется в рамках данной работы для построения «синтетической России» как эталона, который позволяет оценить разницу между фактическими экономическими показателями России и прогнозируемыми экономическими показателями «синтетической России». Полученные эмпирические результаты показывают, что экономические санкции, введенные США и Европой на Россию с 2022 года, оказывают негативное влияние в краткосрочной перспективе в течение первых четырех сезонов сразу после введения санкций, отклонение экономического роста России от потенциального темпа роста является относительно масштабным. В 2023 году экономика России смогла достичь значительного роста после спада в 2022 году, национальная экономика страны демонстрирует резистентность к экономическим санкциям. В долгосрочной перспективе экономика России стремится к повсеместному восстановлению в результате реализации комплекса контрсанкционных мер.Данная статья основана на результатах исследования, проведенного при финансовой поддержке Гранта Министерства науки и высшего образования № 075-15-2024-673 на тему: «Управление устойчивым развитием промышленных структур в рамках концепции вода-энергия-продовольствие».Статья поступила 21.10.2024 https://iorj.hse.ru/2025-20-4/1113079590.html В работе рассмотрена динамика китайского экспорта по группам промышленных товаров в контексте мировой торговли с 2001 по 2024 гг. Выделяется три периода, отражающих различия динамики развития мирового экспорта, в частности восстановление более высоких темпов роста в третьем периоде (2020-2024 гг.) по сравнению со вторым (2012-2019 гг.). Это, полагаем, связано со снижением веса торговли энергоресурсами в связи с падением цен после 2010-2012 гг. В силу неординарности и быстрого развития внешнеэкономической политики Китая к опыту Поднебесной применимы одновременно несколько теорий международной торговли.Изменения в структуре мирового экспорта в целом аналогичны сдвигам в структуре экспорта Китая по большинству групп промышленных товаров, что объясняется огромным влиянием китайской экономики на мировые тенденции. В работе используется показатель "емкость мирового рынка", определенный как мировой импорт за вычетом импорта Китая, позволяющий оценить потенциальный спрос на китайский экспорт крупнейших групп промышленных товаров. Анализ динамики отношения китайского экспорта к “емкости мирового рынка” подтвердил, что в течение десятилетий промышленность страны адекватно реагировала на сигналы мирового рынка. На это указывает рост или стабильность доли экспорта Китая в “емкости мирового рынка” по большинству рассмотренных товарных категорий.Проведен анализ ключевых направлений промышленной политики Китая и ее влияния на конкурентоспособность производства визави ведущих торговых партнеров страны, в частности ЕС и США, которые активно применяют тарифные ограничения на ее продукцию. Рассмотрена роль экспорта Китая в США по группам промышленных товаров и отмечена специфика (по товарным группам) возможных последствий, введенных Президентом Д. Трампом в 2025 году торговых пошлин против Китая.Статья поступила 17.03.2025 https://iorj.hse.ru/2025-20-4/1113256910.html Стратегическая перестраховка представляет собой политику менее влиятельных государств в ответ на действия более влиятельных, в особенности гегемонистских держав, в периоды трансформации геополитического порядка. Такие страны выбирают стратегию минимизации рисков и вызовов в случае любого изменения глобального баланса сил. Учитывая текущее состояние мирового порядка, можно констатировать трансформацию системы международных отношений, что приводит к переориентации внешней политики Саудовской Аравии, исторически ориентированной на тесные отношения с Соединенными Штатами, в сторону других мировых держав, таких как Китай и Россия. Предвосхищая возможный сдвиг в структуре мирового порядка, Королевство Саудовская Аравия трансформирует контуры своей внешней и внутренней политики таким образом, чтобы минимизировать вызовы в условиях потенциальных изменений. В этой связи Королевством была принята внешнеполитическая стратегия, которую можно охарактеризовать как стратегическую перестраховку. Настоящее исследование использует подход неоклассического реализма для анализа политики стратегической перестраховки Саудовской Аравии в отношении Соединенных Штатов и Китая. Исследование носит прикладной характер и основано на качественной методологии с описательно-аналитическим подходом. Опираясь на библиотечные ресурсы и документальный анализ, работа ставит своей целью получение ответа на следующий вопрос: в чем заключается внешнеполитическая стратегия Саудовской Аравии в рамках концепции стратегической перестраховки по отношению к Соединенным Штатам и Китаю? Представляется, что, сохраняя сотрудничество с США, Саудовская Аравия одновременно расширяет свои связи с Китаем для снижения рисков, связанных с возможными изменениями мирового порядка. Королевство стремится выстраивать экономическое, военное и политическое взаимодействие с обеими державами таким образом, чтобы минимизировать возможные риски для себя в условиях потенциальной смены мирового гегемона.Статья поступила 23.10.2024 https://iorj.hse.ru/2025-20-4/1113297027.html Чтобы отстаивать российское видение перспективного миропорядка, нужно чётко понимать противоположные подходы, стратегии и тактики их продвижения. Ценно в этой связи обращение к деятельности НАТО вне зоны ответственности. Задача статьи – выявлять тенденции эволюции форм для данного присутствия. В статье нашёл применение сравнительный анализ, особенно при изучении эволюции качественных характеристик стратегического присутствия НАТО вне зоны ответственности (доминирование, а затем исчезновение боевого использования ВВС, несилового применения наземных сил в пользу военных инструкторов, советников и расширения сетки политических представительств). От попыток стать гарантом безопасности для стран происхождения вооружённого конфликта Альянс стал возвращаться к традиционной задаче «сдерживать» оппонентов (не только РФ, но группу, включая КНР и ИРИ).Основными формами присутствия НАТО вне зоны ответственности в середине 1990-х – начале 2010-х гг. были военно-воздушные операции и масштабные небоевые миссии по поддержанию мира (на Балканах, в Афганистане). Изучаются их особенности, «узкие места», рассмотрен фактический «стратегический шок» для США от невозможности задействовать НАТО в наземной кампании в Ираке (2003), воздушной в Сирии (2013), последствия этого. Раскрывается смещение фокуса НАТО в 2010-е гг. на участие в реформе сектора безопасности конфликтогенных стран. К середине 2020-х гг. стала отчётливой политизация форм присутствия блока. Показано, насколько эта тенденция связана с фактором конфронтации с РФ и трудностями НАТО урегулировать конфликты. Изучены современные и перспективные формы присутствия Альянса вблизи зоны ответственности (в Арктике, на постсоветском пространстве, на Западных Балканах) и вдали от неё, в т.ч. на Ближнем Востоке. Определён круг партнёров из государств и особенно структур в ИТР как опора для вовлечения НАТО в «сдерживание» КНР. Сделан вывод, что в 2020-е гг. НАТО активнее, географически резко шире стала использовать свои политико-дипломатические возможности, тем задаёт условия для применения военного инструментария в обновлённых формах.Статья поступила 10.10.2024 https://iorj.hse.ru/2025-20-4/1113312243.html В теории международных отношений активизировалась дискуссия о наличии у «международного» своей социальной онтологии. Авторы статьи расширяют данную дискуссию, демонстрируя, что возможна не одна, а три различные онтологии «международного» по числу трёх парадигм политической онтологии, описанных Р. Эспозито: пост-хайдеггерианская парадигма (отрицания), делёзовская (созидания) и нео-макиавеллевская парадигма (учреждение). Особое внимание в статье уделяется парадигмам созидания и учреждения, поскольку они открывают более широкие возможности для влияния ТМО на смежные научные дисциплины. В онтологии Ж. Делёза «международное» ближе всего сочетается с «гладкими пространствами» глобальных потоков и движений. При этом эти потоки не обязательно должны быть политическими. «Гладкое пространство», производимое капитализмом, встречается во всех социальных сферах, благодаря чему ТМО как дисциплина, специализирующаяся на изучении отношений внутри «гладкого пространства», может концептуально обогатить смежные дисциплины. Нео-макиавеллевская парадигма политической онтологии, описанная прежде всего в трудах К. Лефора, создаёт основу для понимания «международного» как многоуровневости. Примером такого «международного» выступают двухуровневые игры по Патнэму и многоуровневое управление. Многоуровневость можно также обнаружить во всех социальных сферах, что делает ТМО на основе нео- макиавеллевской парадигмы полезным знанием везде, где встречается многоуровневость. Например, в экономике (теория фирмы Р. Коуза) и в психологии (теория трансакционного анализа Э. Берна). Исследование демонстрирует, что множественная онтология международного может способствовать преодолению дисциплинарного кризиса науки о международных отношениях, создавая пространство для нового понимания глобальных процессов, основанного на синтезе различных теоретических и практических перспектив.Исследование выполнено за счёт гранта Российского научного фонда (проект № 23-18-01045 «Трансферный потенциал политической науки в системе социогуманитарного знания»).Статья поступила 15.11.2024 https://iorj.hse.ru/2025-20-4/1113357377.html Миграция населения по причине климатических изменений — одно из наиболее негативных следствий глобального изменения климата (ГИК). Стихийные бедствия, изменения окружающей среды и связанные этим экономические и социальные потери вынуждают людей менять место проживания. Число перемещенных лиц из-за стихийных бедствий превышает количество людей мигрирующих по причине вооруженных конфликтов. Рост численности «климатических мигрантов» влияет на социально-экономическую, политическую ситуацию стран эмиграции, транзита и иммиграции, требует незамедлительных решений со стороны мирового сообщества. Цель исследования – проанализировать эволюцию дискурса «климатической» миграции в рамках глобальной климатической политики, определить этапы его развития и институционализации, охарактеризовать пространственные особенности климатической миграции и  стратегии противодействия вынужденным перемещениям на глобальном, региональном и национальном уровнях. В эволюции дискурса «климатической» миграции можно выделить 4 периода развития. Хронологически прослеживается расширение и углубление темы климатической миграции, ее смысловая трансформация и диффузия из плоскости научного обсуждения в сегмент международной, региональной и национальной политики. Процесс институционализации феномена климатической миграции в мировой политике не завершен. Большая часть климатических мигрантов отмечена в наименее развитых странах (НРС). Стратегии адаптации и усиления климатоустойчивости НРС призваны минимизировать климатическую миграцию. Политическая напряженность и конфликты является главными барьерами на пути реализации целей климатической политики как инструмента противодействия вынужденной миграции.Исследование выполнено в рамках темы государственного задания ИГ РАН «Социально-экономическое пространство России в условиях глобальных трансформаций: внутренние и внешние вызовы», FMWS-2024-0008Статья поступила 29.01.2025