С начала 1960-х годов международные миротворческие операции, осуществляемые по мандату ООН, считаются одним из основных инструментов управления международными конфликтами. Миротворчество представлено как многомерный, многосторонний и многоуровневый механизм, который, развиваясь, в настоящее время должен обеспечивать не только фундаментальную физическую защиту гражданского населения в зонах конфликта, но и элементы миростроительства и государственного строительства, включая примирительные и реформаторские мероприятия. Однако миротворчество часто искажается геополитическими спорами, которые отодвигают его современную цель поддержки примирения к более традиционным формам. Это позволяет сформулировать то, что, как представлено в первой части работы, можно назвать реалистичными ожиданиями от миротворчества, которые, вопреки официально провозглашенным целям операций, зачастую не идут дальше негативных форм мира. Во втором разделе концепция реалистичных ожиданий от миротворчества рассматривается более подробно: указывается, что геополитика, стоящая за миротворчеством, расширяет разрыв между обещанными и фактическими результатами мира, предполагая, что миротворчество скорее используется для создания и поддержания контроля над местными акторами, которые наиболее лояльны, пренебрегая остальными. Вторая часть также показывает, как сенсибилизация и стигматизация могут повлиять на наделение ответственностью местных акторов и то, как они вписываются в рамки миротворчества. Заключение обобщает основные аргументы статьи, предлагая конкретный набор рекоммендаций для современной миротворческой практики на основе обсуждаемых точек зрения.

Статья поступила 26.09.2024